Кто ТЫ такой?

Архиеп. Аверкий был близок о. Серафиму не только как писатель, но и как личность. Во всём облике его сквозило такое благородство, такое достоинство высокой духовности. Он был всегда собран, никогда не спешил и не суетился. В жизни он не опускался до обыденного.Искренне не замечал, что люди думают о нем, никогда не старался ни произвести впечатление, ни обидеть кого‑либо, пользуясь своей властью. И вместе с тем он не «отрывался» от жизни земной, знал и умел трезво оценить ее, хотя всем сердцем устремлялся к горнему. В нем не было и толики от мира сего!Помнившие его настоятелем и ректором Свято–Троицкого монастыря и семинарии, указывают на впечатляющую внешность: высокий, с седой окладистой бородой, длинными волосами и необычайно кустистыми бровями. Взгляд больших проницательных глаз, казалось, устремлен в самую душу, взывая к совести. Многие отмечали, что такой же взгляд и у о. Серафима. Был Владыка туг на ухо, что, однако, очень помогало отстоять от всякого мирского суесловия. Как только в его присутствии затевалась склока и пустопорожний разговор, архиеп. Аверкий на глазах у всех отключал слуховой аппарат. В церкви он молился истово, закрыв глаза. Отец Герман вспоминает: «Архиепископ Аверкий — истинный христианский пастырь. Он никогда не приказывал, не запрещал, а показывал наглядную картину в свете православной философии, и люди сами понимали, почему следует поступать так, а не иначе».Как и о. Серафим, Владыка Аверкий любил тишину и уединение, однако в работах и того, и другого проглядывает знание вероотступнической жизни мира, которую они изобличали. Сам о. Серафим так отзывался о своем наставнике: «Взгляды архиеп. Аверкия на мир сей отличались трезвением, точностью, были пронизаны духом Священного Писания и Священного Предания. Он открывал нам, что мир сегодняшний живет, отступив от христианства, «тайна беззакония» вот–вот породит человека греха — антихриста».

Найти книгу…

Книга:`Не от мира сего`Во всём облике его сквозило такое благородство, такое достоинство высокой духовности. Он был всегда собран, никогда не спешил и не суетился. В жизни он не опускался до обыденного.Искренне не замечал, что люди думают о нем, никогда не старался ни произвести впечатление, ни обидеть кого‑либо, пользуясь своей властью. И вместе с тем он не «отрывался» от жизни земной, знал и умел трезво оценить ее, хотя всем сердцем устремлялся к горнему. В нем не было и толики от