Почему христиане так любят говорить какие они грешные и ничтожные?

– …А волосы у меня были,– продолжал он, отхлебывая чай из блюдца,– вот дО сих…– И он бил себя по пояснице.– Однажды, когда я оступился и летел в пропасть,они зацепились, запутавшись, за колючку.Так я и выбрался невредимым….В восемь лет он был увезен матерью в горы,где пострижен в мантию с именем Августинотшельником-старцем.После смерти матери и блаженного старцаспустился возле Сухуми.На деньги тайных монашек, живших при церкви,приехал в Лавру.Там его не приняли без документов.Он подался в Печоры.Ему сказали: если бы у него был паспорт,его бы взяли на послушанье,а так – и нечего думать.– Если они займутся выясненьем, кто я,они потребуют показать, где жил я:вызовут свидетелей, заведут дело…А это значит – показать им тропы,указать Верхнюю и Нижнюю Пустынь,выдать старцев.Многие там живут без паспорта, нелегально,– власти дорого бы заплатили,чтоб до них добраться.…Тот, кто поручил мне Августина,говорил: каждое действиеопределяется не точкой его приложенья,а тем, во имя чего оно совершалось.– А если сказать – жил отшельником,никого там нету,ничего не видел и – в полную несознанку?..У меня сидел врач-психиатр –друг моего детства,писатель-детективист с юридическим образованьеми отец Антоний – священник из Подмосковья.– Тогда его пребывание в психбольницезатянется на неопределенное время:на нем будут защищать диссертации,делать карьеры;целые отделы за него будут получать зарплату.Материал-то какой богатый,какой чистый случай:человек, выросший вне цивилизации,маугли по-советски!…Тот, кто поручил мне Августина,говорил: доброе делоопределяется не его содержаньем,а свидетельством славы Божьей.– Были у нас улейки – тридцать штук,две коровки – они там маленькие, почти как козы,были яблони, груши, смоковница, кукуруза.Были грядки с морковкой…От грызунов и от хищных птицих охраняли кошки.А вот с греками, которые считали себяхозяевами этой земли, не было сладу:они то и дело захаживали за оброкоми очень жестоко нас обирали,иногда – подчистую.С документами была неразрешимая сложность.Августину было уже двадцать лет, и ему грозило:а) статья за нарушение паспортного режима;б) статья за уклонение от воинской службы;в) статья за бродяжничество.К тому же:– Его будут прокручивать по каждомунераскрытому уголовному делу,имевшему место на всем Кавказе,а для местных властей соблазнительно освободитьсякое от каких нерасследованных преступлений.Горы – такой случай: ни алиби, ни свидетельств,каждый подозрителен, каждый берется на мушку.К тому же у юноши, кажется, нет родни,–предположительно, что не будет ходатайств и апелляций.– А в дереве – там каждый бук в шестнадцать обхватов –была выдолблена у меня келья,по примеру первых горных монахов.Что я делал зимой? Ну, во-первых, катал свечи.Во-вторых, варил ладан, глядел на небо.Благовонный дым долго лежал в ущельях.Мой духовный отец – новоафонский старец,– когда монастырь его разогнали,долго шел через горы –больше двухсот километров,и так несколько раз,пока не перенес в эту Пустыньархиерейское золотое кадило,Евангелие в драгоценной ризе,Богослужебные книги,кресты, мощевик, иконы.Там он построил небольшую часовню,в которой мы и молились.…Тот, кто поручил мне Августина,говорил: только личный подвигопределяет духовность жизни.– К тому же, если он сдастся на милость властей,его тут жеприведут к военной присяге,а ему как монаху,по Постановлению одного из Соборов,–не помню, простите, какого –держать оружие запрещается,–так как быть с этим?– А осенью начинались ливни.Они шли с вечера до утра и с утра до ночи,и, казалось, ничего не высохнет там вовеки –все к земле прибьется, втопчется в землю.Ближе к зиме монахи из Верхней Пустыничуть-чуть спускалисьи оказывались около Нижней Пустыни – совсем близко.Иногда мы ходили к ним –особенно, если что-нибудь нужно:соль,

Найти книгу…

Избранные стихи`– ...А волосы у меня были,– продолжал он, отхлебывая чай из блюдца,– вот дО сих...– И он бил себя по пояснице.– Однажды, когда я оступился и летел в пропасть,они зацепились, запутавшись, за колючку.Так я и выбрался невредимым....В восемь лет он был увезен матерью в горы,где пострижен в мантию с именем Августинотшельником-старцем.После смерти матери и блаженного старцаспустился возле Сухуми.На деньги тайных монашек, живших при церкви,приехал в Лавру.Там его не приняли без документов.Он подался в Печоры.Ему сказали: если бы у него был паспорт,его бы взяли на послушанье,а так – и нечего думать.– Если они займутся выясненьем, кто